![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dakarantМеж тем, произошло событие. Сегодня прошла наша последняя пара в этом универе – впереди еще зачет, сессионные экзамены, экзамены государственные, защита диплома и сопутствующие пьянки, однако с «сиденьем за партами» покончено. Завидуйте, да.
Н. притащила бутылку шампанского иразбила ее о корму воображаемого корабля мы распили ее прямо в аудитории, при этом с такой силой гаркнув «Ура!» в процессе чоканья, что возникли опасения, что прибежит ОМОН и всех уложит нафиг мордой в пол. Не прибежал. Жалко – прикиньте, какое бы было приключеньице.
Наша аутсайдерская компашка пошла в «Пироговую» вкушать напиток шумерских богов – питерское пЫво. Пыво из города русских интеллигентов.
Вот, говорили мне, ты, Дима, балансер. Баланс обеспечиваешь. Вот, ты и в основной тусовке (тм) нашей группе типа свой, необходим там, тебя куда-то приглашают, хоть там и приходится порой пытаться казаться лучше, чем ты есть, из-за чего иногда случаются фейлы, и в нашей компании, образующей негативное славной первой группе как раз для того, чтобы она могла утверждаться в своей позитивности, свой в доску. А то, отвечал я.
Практически настоящий маргинал. Постмодернист же.
Никогда вот не считал себя постмодернистом, но раз признали, куда ж я денусь.
А некоторых уже, видимо, пробивает ностальгия – хитрая какая-то, зацензуренная ностальгия. Да, «Дима» в первом предложении – это я, а речь в нем идет о событиях прошлой среды.
Но я, собственно, не об этом. Это все лирика.
Я вот о какой простой вещи.
Наша цивилизация построена на том, что четко разделяет время досуга и время работы. В том числе в возрастном отношении. Типа в районе 21 года ты становишься зрелым человеком и начинаешь – ВНЕЗАПНО – не просто коптить небо, что-то делать. Ну, например, бумажки в офисе перекладывать. Общественно полезная деятельность, зашибись.
Дело же не в полезности этой деятельности. А в том, что та свобода, немыслимая в «традиционном» обществе, которая предоставляется молодежи в западных странах, есть оборотная сторона медали той тотальной эксплуатации, которой этой молодежи придется потом подвергаться большую часть своей жизни. Не всю жизнь – потому что разделение на рабочие дни, выходные, в течение которых не бухать считается неприличным, и праздники, про которые вообще молчу, следует той же самой логике. Отсюда вывод: помни, чувак, если ты «отрываешься» по полной, так, «чтобы было весело и ни о чем не надо было думать», ты не просто участвуешь в этой системе, ты ее легитимируешь. Ты признаешь: да, я хочу быть рабом рабочей лошадкой.
В этой же логике находится и «профессиональная» деятельность «философов» (даже сами «профессионалы» употребляют два этих слова в кавычках, так что не ругайтесь). Есть вот люди, «которые заточены под эту работу», как сказала «какая-то тетка» (с) про Кралечкина. Вот, помимо Кралечкина, есть еще Саныч Писарев. Я их чрезвычайно уважаю, но это не мешает мне немного их не понимать. Это нормально, я всего десяток человек в своей жизни понимаю. Я не профессионал. Я интеллигент. Отношение интеллигента к философии определяется двояко: во-первых, он отбирает из всего многообразия мыслей только то, что ему надо для каких-то собственных целей, а с остальными разделывается по принципу «автор дурак и ничего в этой жизни не понимает»; а во-вторых, он не исследует тонкости работы, не выявляет ее ход, а чего-то один раз в отношении конкретных авторов понимает в стиле «автор хотел сказать, что жизнь – дерьмо» и потом с этим носится, не обращая особого внимания на то, как автор делает свое дело. Вот я, скажем, сходил пару раз на семинар Кралечкина в МФК, а потом – ВНЕЗАПНО – понял, что Мейяссу делает примерно ту же работу, что и Кант, и мне – ВНЕЗАПНО - стало неинтересно. Все.
Ну так вот, студенты – раздолбаи по определению. Они принадлежат пространству досуга. В этом коренится наша безответственность, которая становится препятствием для всех инициатив – как «сверху», так и «снизу» - изменения текущего положения дел и «профессионализации», повышения степени «научности» текущего процесса образования. Однако я признаю, что подобные попытки возрождения ответственности – дело прогрессивное. Люди, не теряющие надежды возродить мир «Понедельника», начинающегося в субботу, где работа и досуг будут неотделимы друг от друга в силу общей творчески-ответственной ориентации личности, заслуживают всяческого уважения. Но я к ним, увы, не принадлежу.
Студент еще может радостно, тщательно и профессионально бить баклуши. Этой возможностью оплачивается его последующая невозможность это делать. Черт возьми, я совершенно не понимаю, как сделать так, чтобы снять эту оппозицию, а не просто распространить период «биения баклуш» или период «сознательного ишачества на дядю» в какую-нибудь сторону.
Н. притащила бутылку шампанского и
Наша аутсайдерская компашка пошла в «Пироговую» вкушать напиток шумерских богов – питерское пЫво. Пыво из города русских интеллигентов.
Вот, говорили мне, ты, Дима, балансер. Баланс обеспечиваешь. Вот, ты и в основной тусовке (тм) нашей группе типа свой, необходим там, тебя куда-то приглашают, хоть там и приходится порой пытаться казаться лучше, чем ты есть, из-за чего иногда случаются фейлы, и в нашей компании, образующей негативное славной первой группе как раз для того, чтобы она могла утверждаться в своей позитивности, свой в доску. А то, отвечал я.
Практически настоящий маргинал. Постмодернист же.
Никогда вот не считал себя постмодернистом, но раз признали, куда ж я денусь.
А некоторых уже, видимо, пробивает ностальгия – хитрая какая-то, зацензуренная ностальгия. Да, «Дима» в первом предложении – это я, а речь в нем идет о событиях прошлой среды.
Но я, собственно, не об этом. Это все лирика.
Я вот о какой простой вещи.
Наша цивилизация построена на том, что четко разделяет время досуга и время работы. В том числе в возрастном отношении. Типа в районе 21 года ты становишься зрелым человеком и начинаешь – ВНЕЗАПНО – не просто коптить небо, что-то делать. Ну, например, бумажки в офисе перекладывать. Общественно полезная деятельность, зашибись.
Дело же не в полезности этой деятельности. А в том, что та свобода, немыслимая в «традиционном» обществе, которая предоставляется молодежи в западных странах, есть оборотная сторона медали той тотальной эксплуатации, которой этой молодежи придется потом подвергаться большую часть своей жизни. Не всю жизнь – потому что разделение на рабочие дни, выходные, в течение которых не бухать считается неприличным, и праздники, про которые вообще молчу, следует той же самой логике. Отсюда вывод: помни, чувак, если ты «отрываешься» по полной, так, «чтобы было весело и ни о чем не надо было думать», ты не просто участвуешь в этой системе, ты ее легитимируешь. Ты признаешь: да, я хочу быть рабом рабочей лошадкой.
В этой же логике находится и «профессиональная» деятельность «философов» (даже сами «профессионалы» употребляют два этих слова в кавычках, так что не ругайтесь). Есть вот люди, «которые заточены под эту работу», как сказала «какая-то тетка» (с) про Кралечкина. Вот, помимо Кралечкина, есть еще Саныч Писарев. Я их чрезвычайно уважаю, но это не мешает мне немного их не понимать. Это нормально, я всего десяток человек в своей жизни понимаю. Я не профессионал. Я интеллигент. Отношение интеллигента к философии определяется двояко: во-первых, он отбирает из всего многообразия мыслей только то, что ему надо для каких-то собственных целей, а с остальными разделывается по принципу «автор дурак и ничего в этой жизни не понимает»; а во-вторых, он не исследует тонкости работы, не выявляет ее ход, а чего-то один раз в отношении конкретных авторов понимает в стиле «автор хотел сказать, что жизнь – дерьмо» и потом с этим носится, не обращая особого внимания на то, как автор делает свое дело. Вот я, скажем, сходил пару раз на семинар Кралечкина в МФК, а потом – ВНЕЗАПНО – понял, что Мейяссу делает примерно ту же работу, что и Кант, и мне – ВНЕЗАПНО - стало неинтересно. Все.
Ну так вот, студенты – раздолбаи по определению. Они принадлежат пространству досуга. В этом коренится наша безответственность, которая становится препятствием для всех инициатив – как «сверху», так и «снизу» - изменения текущего положения дел и «профессионализации», повышения степени «научности» текущего процесса образования. Однако я признаю, что подобные попытки возрождения ответственности – дело прогрессивное. Люди, не теряющие надежды возродить мир «Понедельника», начинающегося в субботу, где работа и досуг будут неотделимы друг от друга в силу общей творчески-ответственной ориентации личности, заслуживают всяческого уважения. Но я к ним, увы, не принадлежу.
Студент еще может радостно, тщательно и профессионально бить баклуши. Этой возможностью оплачивается его последующая невозможность это делать. Черт возьми, я совершенно не понимаю, как сделать так, чтобы снять эту оппозицию, а не просто распространить период «биения баклуш» или период «сознательного ишачества на дядю» в какую-нибудь сторону.
