Апология хипстерства.

[dakarant]

Вчера я увидел в журнале Кирилла Мартынова ссылку на статью Лаврентия по поводу реплики Сапрыкина и оставил там коммент, что, дескать, это все говно банально. Случилась бида. Кисо Лаврентий обиделся и обозвал меня самураем.
Но это еще цветочки. Стою я себе сегодня, значит, никого не трогаю. Подходит Cлава ivangogh Данилов с битой и говорит, мол, ты чо маленьких обижаешь? Маленьких обижать нехорошо…
Ну, ребят. Если это такие эмоции вызывает… Я, разумеется, совершенно не хотел обижать Лаврентия. Если ты, lavrentij, действительно обиделся, я приношу тебе свои извинения.

Но, чтобы не подпасть под аргумент «сперва добейся», надо следовать принципу «критикуя, предлагай». Здесь это вполне возможно.
Итак, как бы среагировал на реплику Сапрыкина я? Возможно, совершенно не политически, а философски. Ответил бы «на тон ниже». Т.е. на ступень рефлексии глубже. Наверно, это действительно в политике нахер никому не нужно, но в противном случае, как говорит один мой друг, «не прикольно». Это универсальный и непрошибаемый аргумент («не прикольно»), и я его с удовольствием использую.
Я не хочу тут писать цельный текст, аккуратно выстраивая фразы. То, что ниже, не текст, а схема текста. Цепочка мыслей.
Итак. Разумеется, нельзя считать, что разделение на два народа соответствует реальности. Это не факт действительности, но факт сознания. Сознания Сапрыкина и тех людей, чьим рупором он служит. Именно это и надо исследовать. Ведь всякое различие вводится с какой-то целью. И нельзя остановиться на том, чтобы указать в качестве такой цели познание. Познание бывает разное. Зачем именно вам нужно это различие, какие проблемы оно решает?
Т.е. надо обращаться не к реальности, а к сознанию Сапрыкина. Я плохо себе представляю, кто такой Сапрыкин, разве что по постам Данилова. Еще хуже я себе представляю, кто такие слушатели радиостанции «Серебряный дождь» и что это за радиостанция такая. По-хорошему, это надо бы исследовать. Но пока по техническим причинам придется ограничиться самим текстом Сапрыкина.
В последнем абзаце этот товарищ сетует, что «быдло» никто не просвещает. «Мы» ничего не предлагаем «им». Т.е. нет, предлагаем, конечно – ситком «Счастливы вместе» и журнал «Зятек» (кстати, первый раз слышу – что, правда такой есть?), но это не преодолевает пропасть, а лишь увеличивает, даже конституирует ее.
Хорошо бы, говорит Сапрыкин, лечить, учить и просвещать это «невежественное большинство». Предлагая им «качественный» продукт, приближать к своему уровню. Это – классическая интеллигентская установка.
Кажется, такое разделение было всегда. «Немытая Россия» мужиков и блистающее на великосветских балах утонченное дворянство. Но – «целуя бледный луч клинка, лучшие из русского дворянства шли на эшафот за мужика» (с) Евтушенко. Т.е. это было, опять же, мифом. В реальности и далеко не лучшие из дворянства, и на эшафот не шли, и не за мужика… Но все, что они вытворяли, таким мифом облагораживалось.
А потом появилась интеллигенция. И пошла в народ. И таким мифом тоже себя облагородила.
К кому обращается Сапрыкин? Повторюсь, я не знаю, кто слушает радиостанцию «Серебряный дождь». Но я как-то слышал, что Сапрыкин, дескать, идеолог хипстеров. Лаврентий вот в пример арт-директора приводит. Арт-директора вообще нахрен никому не нужны. Они – бездельники. Хипстеры – это такая субкультура, которая протестует потреблением. Т.е. только и делает, что потребляет.
А Сапрыкин говорит – идите в народ так, как будто «просвещение народа» , предложение «качественного продукта» для «масс» для этих чуваков с айфоном – естественное дело. Он не заостряет внимание на этом, так что это выглядит как само собой разумеющееся. Это значит, что он подспудно и незаметно приравнивает хипстеров к интеллигенции. Потребителей – к создателям. Создает новую интеллигенцию из ничего. «Образованный класс» «сам виноват». Так, что там у нас франки с Бердяевыми писали про русскую революцию?
Статья Сапрыкина – это искусное облагораживание «России с айфоном». Создание мифа о ней как об обладающей собственным предназначением. Она отклонилась от него, но этим отклонением наличие предназначения и подтверждается. Сапрыкин подспудно вменяет нам представление о бездельниках как о занятых наиважнейшим делом. Подает так, что это принимается нами в качестве очевидности.
Его движет инстинкт самосохранения. «Мы нужны», - говорит он. Нужны онтологически. Так устроен мир. Вы, быдло, без нас никуда. А то, что вы быдло, это мы и сказали для того, чтобы вам без нас никуда было.
И мы велики. Мы прекрасны и благородны. Мы – как та, дореволюционная интеллигенция. Спасители отечества. Несущие свет во тьму.

Я не хочу, разумеется, сказать, что он это все «автор хотел сказать». Он, возможно, хотел сказать ровно то, что сказал. Он, возможно, наивен. Но эта претензия заключена в, так сказать, «бессознательном» текста. И гораздо интереснее ее вытаскивать, чем.
Есичо, я не считаю это "глубокой мыслью". Так, написал за полчаса. Но, мне кажется, это все-таки на уровень глубже.