dakarant: (Default)
Когда я был маленьким и учился в 235 школе, я болел часто, подолгу и с удовольствием. Да-да, именно с удовольствием - за моим здоровьем очень беспокоились и при малейшем недомогании (которое было нетрудно симулировать) оставляли дома и вызывали врача. Я был доволен - школу я не любил страшно, школа меня напрягала, причем именно в дух Хегга (есть такое книжко Питер Хегг "Условно пригодные", сегодня мои однокурснеги как раз и обсуждали ее, наверно, в то время как я, почувствовав себя натуральным трупом после антропологии, отправился в уютный морг, где проведен интернет и постель мя-а-а-агенькая, мурк!) - она ритмизировала, она требовала непрестанного напряжения внимания, устремленного вовне, она не давала передышки в обессмысливаемой гонке самопрезентации. во время болезни же я расслаблялся, становился пассивным, созерцательным, выпадал из ритма, и ко мне приходили мгновения, когда я ощущал себя своим в мире и поэтому был счастлив. Примерно в то же время, разве что чуть постарше, классе в 7-8, я мегабайтами килограммами писал невнятные стихи отвратительного качества, совершенно нечитаемые ныне.
Так вот, тогда я перестал отличать симуляцию болезни от ее самой. То, что я мог тогда, захотев заболеть и усиленно представляя, что у меня першит в горле, в скором времени действительно почувствовать это першение, почти несомненно, но вот наоборот (захотел - выздоровел) никогда не случалось, но мне это и не было нужно. Вся эта петрушка привела меня к очень сильному уьеждению, что болезнь зависит от фокуса взгляда и силы воли человека - стоит напрячься, действительно захотеть выздороветь - и ты выздоровеешь.
И вообще я тогда склонялся к интуитивному убеждению, что "весь мир есть мое представление", что нет таких вещей, виновником которых не был бы я и которые нельзя было поэтому убрать при большом желании. Несмотря на наличие нормального сопротивления среды и даже неоднократных встреч с гопниками старшими хулиганами в нехороших закоулках, это аутистическое воприятие мира, которое я, конечно, явно никогда не формулировал, мной владела - и отрицательной стороной его было то, что я оставался пассивным по отношению к реальному миру. Read more... )
dakarant: (Default)
Когда я был маленьким и учился в 235 школе, я болел часто, подолгу и с удовольствием. Да-да, именно с удовольствием - за моим здоровьем очень беспокоились и при малейшем недомогании (которое было нетрудно симулировать) оставляли дома и вызывали врача. Я был доволен - школу я не любил страшно, школа меня напрягала, причем именно в дух Хегга (есть такое книжко Питер Хегг "Условно пригодные", сегодня мои однокурснеги как раз и обсуждали ее, наверно, в то время как я, почувствовав себя натуральным трупом после антропологии, отправился в уютный морг, где проведен интернет и постель мя-а-а-агенькая, мурк!) - она ритмизировала, она требовала непрестанного напряжения внимания, устремленного вовне, она не давала передышки в обессмысливаемой гонке самопрезентации. во время болезни же я расслаблялся, становился пассивным, созерцательным, выпадал из ритма, и ко мне приходили мгновения, когда я ощущал себя своим в мире и поэтому был счастлив. Примерно в то же время, разве что чуть постарше, классе в 7-8, я мегабайтами килограммами писал невнятные стихи отвратительного качества, совершенно нечитаемые ныне.
Так вот, тогда я перестал отличать симуляцию болезни от ее самой. То, что я мог тогда, захотев заболеть и усиленно представляя, что у меня першит в горле, в скором времени действительно почувствовать это першение, почти несомненно, но вот наоборот (захотел - выздоровел) никогда не случалось, но мне это и не было нужно. Вся эта петрушка привела меня к очень сильному уьеждению, что болезнь зависит от фокуса взгляда и силы воли человека - стоит напрячься, действительно захотеть выздороветь - и ты выздоровеешь.
И вообще я тогда склонялся к интуитивному убеждению, что "весь мир есть мое представление", что нет таких вещей, виновником которых не был бы я и которые нельзя было поэтому убрать при большом желании. Несмотря на наличие нормального сопротивления среды и даже неоднократных встреч с гопниками старшими хулиганами в нехороших закоулках, это аутистическое воприятие мира, которое я, конечно, явно никогда не формулировал, мной владела - и отрицательной стороной его было то, что я оставался пассивным по отношению к реальному миру. Read more... )
dakarant: (Default)

К любому испытанию готовый,
Ищу людей, не потерявших слуха.
Я пью из чаши с кровию Христовой
За вас, друзья, аристократы духа!

Не знаю, почему я забыл в своих текстах о мотивах творчества написать о столь очевидной причине обращения к постмодернизму - видимо, потому, что это относилось скорее к вульгарным представлениям о, нежели реальным тезисам реальных людей. Этой причиной был простор фантазии, "реальности нет" или, точнее, "реальность" неотличима от фантазии, от чего угодно, "революция немыслима, поэтому она происходит на самом деле", "будьте реалистами - требуйте невозможного" и прочий антураж, приводимый к тезису "возможно все". Мне это замечательно понравилось - и до сих пор я пребываю в очаровании этого "возможно все", но....
Но это парадоксальным образом сочетается с моим стремлением к подлинности, пока не скажу - к Eigentlichkeit (слово это имеет специфические традиционал-консервативные коннотации), пока просто к русской подлинности. Разумеется, это тесно связано с самоопределением, о котором я писал раньше. Разумеется, это говорит о моей слабости - не в физическом смысле - а о слабости, требующей опоры в виде основания. Отсюда вытекает пресловутый "поиск оснований", который был визитной карточкой нашего главного хайдеггерианца Писарева и ради которого они с Темой в Хлюпино землю рыли - но он явно прошел какую-то эволюцию, не очень четко представляю, какую и куда.

Read more... )
dakarant: (Default)

К любому испытанию готовый,
Ищу людей, не потерявших слуха.
Я пью из чаши с кровию Христовой
За вас, друзья, аристократы духа!

Не знаю, почему я забыл в своих текстах о мотивах творчества написать о столь очевидной причине обращения к постмодернизму - видимо, потому, что это относилось скорее к вульгарным представлениям о, нежели реальным тезисам реальных людей. Этой причиной был простор фантазии, "реальности нет" или, точнее, "реальность" неотличима от фантазии, от чего угодно, "революция немыслима, поэтому она происходит на самом деле", "будьте реалистами - требуйте невозможного" и прочий антураж, приводимый к тезису "возможно все". Мне это замечательно понравилось - и до сих пор я пребываю в очаровании этого "возможно все", но....
Но это парадоксальным образом сочетается с моим стремлением к подлинности, пока не скажу - к Eigentlichkeit (слово это имеет специфические традиционал-консервативные коннотации), пока просто к русской подлинности. Разумеется, это тесно связано с самоопределением, о котором я писал раньше. Разумеется, это говорит о моей слабости - не в физическом смысле - а о слабости, требующей опоры в виде основания. Отсюда вытекает пресловутый "поиск оснований", который был визитной карточкой нашего главного хайдеггерианца Писарева и ради которого они с Темой в Хлюпино землю рыли - но он явно прошел какую-то эволюцию, не очень четко представляю, какую и куда.

Read more... )
dakarant: (Default)

Я четко делю людей на знакомых лично и всех остальных - и личные связи выступают для меня векторами и принципами деятельности, мысли, жизни. Т.е., хотя я абсолютно уверен, что это плохо и неправильно, но лежащие за пределами личных связей права и обязанности, структуры и действия мне глубоко безразличны. В то же время я воспринимаю эти связи как самоценные и ни от чего внешнего не зависящие, и превосходящие все внешние своей крепостью.
Конкретно это означает, что мне по барабану любые социальные структуры вроде корпорации (а университет, например, это корпорация), любые социальные институты, всяческая официальная иерархия. Т.е. я чувствую их насильственное, принудительное давление, но стараюсь минимизировать свое участие в них. Пытаться их разрушить мне в голову не приходит - если говорить просто, так, как ощущаю, а не подгонять или выдумывать философскую концепцию, то просто потому, что это я не считаю чем-то важным. Это вещи, в которых надо поучаствовать и забыть - так жизнь устроена.
А вот когда возникают личные отношения, т.е. когда поступки другого человека или сам факт его существования и строй его характера вызывают во мне эмоциональный отклик, и/или мои поступки/факт существования/склад характера вызывают у него эмоциональный отклик, тогда мне становится не все равно - ради этого я все и делаю. И внутренне уверен, что "хорошие люди всегда могут друг с другом договориться".
Это очень опасная штука, я пишу, может быть, в том числе для того, чтобы от этого избавиться. Это представляется мне неверным, но это очень крепкое внутреннее ощущение.
 

dakarant: (Default)

Я четко делю людей на знакомых лично и всех остальных - и личные связи выступают для меня векторами и принципами деятельности, мысли, жизни. Т.е., хотя я абсолютно уверен, что это плохо и неправильно, но лежащие за пределами личных связей права и обязанности, структуры и действия мне глубоко безразличны. В то же время я воспринимаю эти связи как самоценные и ни от чего внешнего не зависящие, и превосходящие все внешние своей крепостью.
Конкретно это означает, что мне по барабану любые социальные структуры вроде корпорации (а университет, например, это корпорация), любые социальные институты, всяческая официальная иерархия. Т.е. я чувствую их насильственное, принудительное давление, но стараюсь минимизировать свое участие в них. Пытаться их разрушить мне в голову не приходит - если говорить просто, так, как ощущаю, а не подгонять или выдумывать философскую концепцию, то просто потому, что это я не считаю чем-то важным. Это вещи, в которых надо поучаствовать и забыть - так жизнь устроена.
А вот когда возникают личные отношения, т.е. когда поступки другого человека или сам факт его существования и строй его характера вызывают во мне эмоциональный отклик, и/или мои поступки/факт существования/склад характера вызывают у него эмоциональный отклик, тогда мне становится не все равно - ради этого я все и делаю. И внутренне уверен, что "хорошие люди всегда могут друг с другом договориться".
Это очень опасная штука, я пишу, может быть, в том числе для того, чтобы от этого избавиться. Это представляется мне неверным, но это очень крепкое внутреннее ощущение.
 

Идолы

Nov. 11th, 2008 08:03 pm
dakarant: (Default)

У меня есть такое ощущение (это только ощущение, хотя очень крепкое, ничего рационального в нем нет и аргументам оно не поддается, но избавиться от него я не могу пока, хотя понимаю, что оно, скорее всего, объективно неверно), что для меня общение с людьми не необходимо. Я, конечно, с людьми общаюсь, общаюсь с удовольствием и совершенно нормально - никакой социопатии. Но делаю это свободно - не потому, что мне чего-то не хватает, а просто, грубо говоря, мне так хочется, это приятно. Но мне кажется, что, окажись я на необитаемом острове, я бы не страдал от недостатка общения, а вполне мог бы без него обходиться без особых страданий.
Говорят: "роскошь человеческого общения". У меня чувство, что это совершенно верно: общение  - это именно роскошь, т.е. нечто прекрасное, но не необходимое.
Но когда я пьян, меня совершенно неудержимо тянет общаться - я никогда не напивался до такой степени, чтобы нести невразумительную чушь, а просто не могу не находиться в состоянии хотя бы невербального, хотя бы какого-то контакта. И тогда это для меня кажется необходимым. Может быть,  дело еще и в том, что я никогда не пил в одиночестве.
Однако более рациональным представляется все же, что для сохранения человеческого общение необходимо.

Название поста и тэг отсылают, конечно же, к Бэкону.

Идолы

Nov. 11th, 2008 08:03 pm
dakarant: (Default)

У меня есть такое ощущение (это только ощущение, хотя очень крепкое, ничего рационального в нем нет и аргументам оно не поддается, но избавиться от него я не могу пока, хотя понимаю, что оно, скорее всего, объективно неверно), что для меня общение с людьми не необходимо. Я, конечно, с людьми общаюсь, общаюсь с удовольствием и совершенно нормально - никакой социопатии. Но делаю это свободно - не потому, что мне чего-то не хватает, а просто, грубо говоря, мне так хочется, это приятно. Но мне кажется, что, окажись я на необитаемом острове, я бы не страдал от недостатка общения, а вполне мог бы без него обходиться без особых страданий.
Говорят: "роскошь человеческого общения". У меня чувство, что это совершенно верно: общение  - это именно роскошь, т.е. нечто прекрасное, но не необходимое.
Но когда я пьян, меня совершенно неудержимо тянет общаться - я никогда не напивался до такой степени, чтобы нести невразумительную чушь, а просто не могу не находиться в состоянии хотя бы невербального, хотя бы какого-то контакта. И тогда это для меня кажется необходимым. Может быть,  дело еще и в том, что я никогда не пил в одиночестве.
Однако более рациональным представляется все же, что для сохранения человеческого общение необходимо.

Название поста и тэг отсылают, конечно же, к Бэкону.

February 2016

S M T W T F S
 123456
78910111213
14 15 1617181920
212223 24 252627
2829     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 28th, 2017 02:56 pm
Powered by Dreamwidth Studios